Нешелковый путь монгольских кочевников. Часть 1

Моя специализация — пейзажная фотография. Но после поездки в Монголию захотелось поделиться историей о людях пустыни Гоби, охотниках с беркутами и кочевниках.

Монголия — страна необычная, малоизвестная. Туда меня давно звали местные фотографы, присылали маршруты, делились идеями, а друзья вдохновляли кадрами с фестиваля «Беркучи» — соревнования охотников с золотыми орлами. Праздник проводится в октябре и притягивает тысячи зрителей.

Наконец, мне посчастливилось лично увидеть фестиваль, но снимать там очень тяжело: в кадре всегда толпа, о художественных кадрах не может быть и речи.

Но сами охотники меня заворожили, и я решил организовать к ним отдельную поездку для небольшой группы фотографов. Набралось 12 человек, мы составили маршрут по Западной Монголии и пустыне Гоби. Нас встретили потрясающие пейзажи: от бескрайней степи и снежных вершин горного массива Цамбагарав до пустыни, каньонов и ущелий. Редко где можно найти такое разнообразие природы в одном непродолжительном фототуре.


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 70-200mm f/2.8G ED VR II
Диафрагма: f/9
Выдержка: 1/1000
ISO: 400
Фокусное расстояние
: 100 мм


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 58mm f/1.4G
Диафрагма: f/2
Выдержка: 1/1600
ISO: 200
Фокусное расстояние
: 58 мм

Из техники я взял с собой стандартный набор: Nikon D850 и D810. На одной камере стояли AF-S NIKKOR 14-24mm f/2.8G ED или AF-S NIKKOR 24-70mm f/2.8E ED VR, а на второй сменяли друг друга портретник AF-S NIKKOR 58mm f/1.4G и классический телевик AF-S NIKKOR 70-200mm f/2.8G ED VR II. Наиболее интересные портреты поездки ­— это заслуга AF-S NIKKOR 58mm f/1.4G. Очень интересная линза с удивительным рисунком боке и мягкой прорисовкой деталей. Еще прихватил внешнюю вспышку с радиоконтроллером на горячем башмаке, стойку для вспышки и штатив.

Аппаратуре пришлось работать в очень суровых условиях пустыни. Хорошо, что техника Nikon не затягивает пыль и песок. В некоторых отдаленных местах на ночевках не было розеток или был генератор всего на час, так что кое-где приходилось достаточно долго работать на одной батарее. Тем не менее, аккумуляторы держались молодцом, и съемка от автономности не пострадала.

Путешественник или фотограф, увлекающийся этнографией, знает, что сейчас практически в любой стране можно встретить «искусственные» племена, показательные этнические деревни с танцами и мастерскими ремесел, где «работники» надевают национальные костюмы только для туристов, а после переодеваются в современную одежду и уезжают на машинах по современным домам.

В Монголии это не так, охотники и кочевники там настоящие, не фестивальные, и именно поэтому мне захотелось поехать в эту страну. Туристы там бывают нечасто, и было видно, что люди рады общению с нами. На границе между Казахстаном и Монголией произошло масштабное смешение народов, так, наши охотники, например, оказались этническими казахами.


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 70-200mm f/2.8G ED VR II
Диафрагма: f/9
Выдержка: 1/80
ISO: 160
Фокусное расстояние: 75 мм

Чтобы добраться до охотников с орлами на западе Монголии, мы прилетели в Улан-Батор и оттуда еще три часа летели до города Улгий. Там пересели на внедорожники с местными водителями. За день до нашего приезда семья поставила для нас гостевую юрту, поэтому мы много времени проводили с ними, немножко жили их жизнью, так что фотографы могли снимать интересные живые портреты, настоящий быт этих людей.

Монгольских охотников с птицами осталось немного, 250–300 человек. Они уважают свои традиции, передают их из поколения в поколение. Каждый год практически все они съезжаются на фестиваль «Беркучи». Так и специально для нашего фототура приехали около двадцати охотников.

Беркут — самый крупный представитель орлиных. С первого же момента встречи с охотниками удивляет связь человека и хищника. Она складывается годами. Беркут — птица дикая, и ее «одомашнивание» возмущает современных защитников животных. Но охотники сами находятся в дикой природе, живут своими традициями, которым сотни лет, птица помогает им в буквальном смысле найти пропитание. Для них этот хищник — условие для выживания, а не обезьянка для туристических фотографий.

Орлов находят, когда те еще совсем маленькие, и постепенно приручают. В 12-14 лет у ребенка уже может быть своя птица: сначала небольшой орел, а потом большой беркут. Охотники очень хорошо обращаются с птицами, в семьях к животным и природе относятся с большим почитанием. Орел проводит в семье десять лет, потом его отпускают на волю. Просто вывозят в открытое поле, и он улетает. Этот прекрасно натренированный серийный убийца лис и кроликов проживет самостоятельно еще лет двадцать.


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 14-24mm f/2.8G ED
Диафрагма: f/4
Выдержка: 1/200
ISO: 1000
Фокусное расстояние
: 48 мм

Мои подписчики окрестили этого мальчика «рембрандтовским». В юрте достаточно темно, в замкнутом пространстве о контровом свете речи не идет, но надо было каким-то образом отделить портрет от задника, так что пришлось провести небольшой эксперимент. Мы повесили на стену шкуры и предметы быта, но все это фоном, чтобы не отвлекать внимание от самого портрета. Положили углей в тарелку и немножко надымили. Получился интересный рисунок в дымке, ощущение действительно как будто картинное. Естественный солнечный свет от двери отразили на мальчика теплым золотым рефлектором. Постобработки в этом кадре было очень мало.

Все идеи по сценам, свету, настроению я черпал из окружающей среды, природы, быта наших героев. Мы довольно много времени провели выбирая локации, которые наиболее соответствуют характеру и портрету этих людей. Для своих работ я присматривал скалы, острые камни, чтобы и пейзаж, и окружение — все отражало суровый образ жизни охотников и суть портрета.


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 14-24mm f/2.8G ED
Диафрагма: f/3.5
Выдержка: 1/60
ISO: 3200
Фокусное расстояние
: 14 мм

На этой скале я использовал естественный свет от неба, уже ближе к закату. Второй источник ­— вспышка справа сверху, ее держал помощник. Я старался так настроить интенсивность света, чтобы был некий микс окружающего, пасмурного, и искусственного освещения. Конечно, не с первого раза это получилось, но экспериментами удалось добиться более-менее естественного эффекта.

В компании с орлами скучно нам никогда не было. Иногда приходилось переезжать между локациями съемок на машине. Вдвоем сидели на заднем сиденье, и орел между нами. В нашем фототуре был немец, ходил в красной куртке, и беркут его почему-то очень полюбил. И вот едем мы час до локации, а беркут пытается всю дорогу клевать испуганного немца за красное плечо.

Птица ­— очень сложная фотомодель. В пустыне свет уходит крайне быстро, а она все время двигается, как ребенок, не заставишь сидеть на одном месте. Часто приходилось задирать чувствительность и ловить момент, когда орел, застыв в воздухе, расправляет крылья. Очень непростые, но и интересные, задачи: совместить в одном кадре ускользающий естественный свет, вспышку и поймать движение хищника.

Одной из самых сложных, пожалуй, была съемка всадника с беркутом на фоне полнолуния. Все живое, все движется: луна восходит, птица не сидит, выдержки уже очень длинные, и мы не меньше часа-полутора пытались поймать правильное положение всадника, правильный силуэт, и при этом ничего не пересветить. Естественно, я установил брекетинг 5 стопов, ISO под 6000 и сделал очень много дублей.


Камера: Nikon D850
Объектив: AF-S NIKKOR 70-200mm f/2.8G ED VR II
Диафрагма: f/4.5
Выдержка: 1/2500
ISO: 6400
Фокусное расстояние
: 180 мм

В Монголии нужно быть готовым к сложностям коммуникации. Несмотря на то что народ довольно дружелюбный, необходимо учитывать языковой барьер. У нас была международная англоязычная группа фотографов, а гидов и водителей мы брали и монгольских, и казахских. Русский язык в Монголии помнит только старшее советское поколение. Так что мы переводили с монгольского и казахского на русский и потом на английский.

Продолжение в части 2.